?

Log in

No account? Create an account

April 10th, 2011

Пресное музло и слова, пропущенные сквозь мясорубку.
И новости! Сначала я грустила: зачем мне знать, что какой-то чувак в погонах уничтожил 165 личных дел призывников? А потом ведущий добавил: "... уничтожил, утопив их в реке". Такая милая деталь. И я поняла, чего не хватает: деталей. Чтобы новости подавали хотя бы так: "Студеной ночью полковник Н. покинул сумрачное здание части. Ветер враждебно чиркал по лицу..." и т.д.
Зато на остановках, в маршрутках и других местах в мои уши влетают обрывки жизни. И какие!

Например, хрупкая и нежная девушка едет стоя, в одной руке сумочка, другой держится на поручень. Суровый мужчина уступает место. Она садится, руки освободились - можно и позвонить. И девушка проедает невидимую плешь собеседника, звучно и хамовито распекает за какую-то провинность.
- Бля. Жалею, что уступил, - басит мужчина.

В другом автобусе женщина рассказывает, что у них на предприятии есть такой парень Леха, сгусток энергии. Когда проект замирает, зовут Леху, чтобы спас ситуацию. Он баламутит мертвые озера, вдохновляет и сдвигает дело с места.
За это Леху на новогоднем корпоративе особенно отметили и наградили титулом "Человек-толчок". И только увидав обескураженное лицо героя, поняли двусмысленность похвалы.

Девочка размышляет, стоит ли проведать бывшего парня, который сейчас в больнице.
- Да он столько на голову тебе срал! - говорит другая. - Еще чего!
- Если хочется, сходи, - советует третья. - А может, вы после этого наладите нормальные отношения. Хоть как-то общаться сможете. В больницу ходить друг к другу будете...
Эталон доброжелательности, что и говорить.

- Софочка! - вдруг кричит водитель.
Тишина.
- Софочка! - повторяет он.
Женщины тревожно переглядываются. "Кого там зовут?" - катится тихое бормотание по салону. Таинственная Софочка не выявлена.
Выясняется, что так любовно водитель объявлял остановку "улица имени Софьи Ковалевской". (Надеюсь, на площади Ленина он восклицает: "Вовочка!")

К пожилому лысоватому человеку подлетает юнец в кожаной куртке, жмет руку, тараторит:
- Юрь Ваныч, здрасте! Сто лет не виделись. Как дела, чо? Все нормально? А чем тогда кончились ваши терки с этим... с Пал Палычем, с мудаком этим, на вас наезжал еще...
Пожилой человек улыбается и говорит:
- Ты перепутал.
- Да? Обознался? Извиняюсь, - удивляется юнец. - Просто похожи очень на знакомого.
- Ты перепутал, - ласково повторяет пожилой. - Это я - Пал Палыч.
Юнец лепечет, агонизируя от стыда:
- Ну вы и с Юрь Ванычем похожи. Лысые оба, чо...

via: http://antrum.livejournal.com/334196.html

Весеннее обострение

Помимо революционной ситуации, весной в городе обостряется всякая шиза, вместе с адекватными активистами на улицы и площади выползают "подснежники". На сегодняшнем Дне Гнева они щедро были представлены борцами с психотронным оружием и ядовитым облучением квартир. Я, честно говоря, не знаю, бескорыстны ли эти несчастные, которых травят в собственных домах, или же они не гнушаются малой толикой рублей за свои стояния на оппозиционных митингах. На их плакатах всегда изображены какие-то покрытые коростой части человеческих тел, а на лицах - гнев и ненависть в адрес кровавого режима (не важно, чьего и какого), который вот уж двадцать-тридцать лет совершенно не даёт им продыху. Сегодня они были разбавлены долей неорганизованной левшизы, которая тоже упражнялась кто во что горазд. Один дедушка требовал, чтоб его не фотографировали, а на вопрос, зачем же он пришел тогда на митинг - тотчас заподозрил во мне жЫдовку, двуногую и лупоглазую. Другая бабушка, известная поэтесса зюгановских демонстраций, привлекла внимание к своему новому стихотворению "у Собянина Сережки не скажу где висят сережки". Еще один дедушка требовал, чтоб для свержения режима все мы по-хорошему обратились за помощью к чеченцам, поскольку русские Медведева боятся. Всё это происходило в партере, в то время как с трибуны звучало обычное про Хим-кин-ский-лес, революцию, проклятых чиновников и капиталистов.

Как водится, Сергей Удальцов в черных очках призвал в финале всех мирно и без плакатов проследовать в Администрацию президента для передачи петиции. Как водится, прибежал отряд лунатиков и его увлек в узилище. Оставшаяся без лидера толпа сунулась туда-сюда, упираясь в полицейские заграждения, а потом худо-бедно дошла маршем до угла Красной Площади, попытавшись сдвинуть оцепление, тогда в толпу ворвались космонавты и позабирали еще подопытных в свой луноход. На этом народный гнев, затолканный в подземный переход, иссяк (что немудрено, потому что, как водится в последние годы число сотрудников превышало число демонстрантов, они растянулись длинной цепочкой до станции метро "Лубянская" от "Театральной", со всеми своими Уралами, автобусами и прочими примочками.

Впрочем, когда я возвращалась к Лубянке за машиной, я встретила еще одно, прорывающееся-таки к Администрации маленькое шествие - это активисты под руководством Константина Косякина и с участием Дмитрия Георгиевского шли окольными путями к намеченной цели.

Затем к задержанному Удальцову в до слез знакомом ОВД "Китай-Город" два часа не пускали защитника Горинова, и лишь телефонное вмешательство Андрея Бабушкина положило этому конец. Сергея Удальцова отпустили со ст. 20.2, Дениса Юдина отпустили без составления протокола, но в ОВД по-прежнему удерживают пятерых левых активистов, задержанных у Красной Площади, им пишут 19.3 и хотят оставлять на ночь до суда. На этом углу женщины пытались совестить сотрудников полиции, однако те предпочитали общаться с ними посредством мегафона. Да, народу было человек 700-800 на митинге. Помимо сдвинутых подснежников - достаточное количество молодых адекватных активистов, причем вовсе не одних леваков

Отдельного внимания заслуживает "казус Акименкова. При задержании ему здОрово повредили руку (одежда была сильно испачкана кровью) и, по его словам, в таком виде выпустили из милицейского автобуса. Когда он стал описывать происшедшее журналистам, то успел только на вопрос журналилстки о том, разъяснили ли ему его права, пообещать, что расскажет всё по порядку, как к нему сзади снова подкралась группа лунатиков и немедленно утащила в автобус. Как выяснилось - чтоб отпустить вновь, покатав немного по городу.

via: http://may-antiwar.livejournal.com/483661.html

Все течет

О будущем можно говорить, во-первых, с точки зрения прошлого, из которого будущее вытекает, то есть искать в прошлом тенденции, которые формируют будущее. И, во-вторых, можно говорить с точки зрения будущего, которое нам неизвестно, но мы можем его вообразить и, исходя из этого образа будущего, работать с настоящим так, чтобы наступило именно то будущее, которого мы желаем. Второй подход, собственно, не прогноз, а планирование, которое, впрочем, само по себе нуждается в надежном прогнозе. В этой статье речь пойдет в основном о прогностике, о ее методологических предпосылках, но и о желанном будущем тоже будет кое-что сказано.

Прошлое в будущем:

Самой простой и естественной моделью движения времени является поток, река. Исходя из этой модели, люди с древних времен и предсказывали будущее. Ведь у реки есть исток, русло, притоки, она куда-то течет. Если мы знаем характер течения, мели, водовороты, пороги, направление движения и так далее, то это значит, что, сидя на берегу в какой-нибудь точке настоящего, мы можем сказать, где в будущем окажется предмет, проплывающий мимо (или мы сами, если мы не сидим на берегу, а плывем). Но только, конечно, надо все-таки знать, как устроена эта река, иметь какое-то представление о направлении и характере потока.

В наше время прогноз обычно основывается на закономерностях, обнаруженных в прошлом, и экстраполяции этих закономерностей в будущее. То есть вы берете какие-то эмпирические данные, обрабатываете их определенным образом и выводите тренд. «Обработать определенным образом» – это значит подвести данные под какую-то теорию. Например, числового характера: построить график изменений какого-то показателя во времени и посмотреть, как он будет продолжаться в области, где эмпирических данных нет. Это самый примитивный прием предсказаний, то, чем занимаются всякого рода биржевые аналитики. Но, по сути, так же работают и любые прогнозисты. В том числе и те, что не имеют дела с цифрами и графиками, а просто анализируют некие события, находят в них закономерности и на их основании не только объясняют прошлое, но и дают прогнозы на будущее.

Новая опричнина:

Разбираться в том, как работают прогнозисты и на чем основаны их прогнозы, лучше всего на конкретных примерах. Вот один из них: известный историк и политолог Андрей Фурсов, анализируя на russia.ru пути выхода России из кризиса, говорит: «История показывает, что Россия выходит из смут или околосмутных времен всегда с помощью различных чрезвычайных комиссий. Поскольку первая чрезвычайная комиссия называлась опричнина, я это называю «опричный принцип» русской истории». Как видим, первый шаг анализа Фурсова – обнаружить в прошлом закономерность: выход из кризиса при помощи чрезвычаек-опричнин. Он поясняет: «Можно выделить три разные опричнины: опричнина Ивана Грозного – это классика генетической модели опричнины, затем опричнина Петра – это «петровская гвардия», которая была очень похожа на «грозненскую» внешне, ну и, наконец, «cталинская опричнина».

Выступление Фурсова называется «Грядет новая опричнина». Будучи историком, он видит, что разные опричнины имеют разный характер: «С какими бы издержками ни проводились мероприятия опричнины Ивана Грозного и Иосифа Грозного, в конечном счете они были национально ориентированы, и они не были ориентированы на некую западную модель. «Питерская» версия опричнины была иной. В конечном счете ее целями были создание принципиально иного господствующего класса, резкое усиление эксплуатации населения и западная ориентация. Т.е. векторы опричнин Грозного и Сталина, с одной стороны, и Петра I, с другой, – направлены в совершенно разные стороны». И тем не менее столь разные явления имеют сходные причины, способы функционирования и цели.

Еще раз подчеркну: эти цитаты приводятся здесь не столько для того, чтобы ознакомить читателей с весьма интересным анализом Фурсова, сколько для того, чтобы продемонстрировать, как содержательный анализ прошлого и выявление закономерности в нем позволяют делать значимые выводы на будущее, то есть с некоторой вероятностью предсказывать его. Предпосылки такого прогноза очевидны: зная общие черты таких-то уже случившихся явлений, мы экстраполируем эти черты на будущее. В данном случае речь идет о путях выхода из кризиса, а это значит, что необходим анализ причин вхождения в него. Фурсов проделывает его, рассматривая периоды, предшествовавшие кризисам, когда проблемы, которые надо было решать, не решались, загонялись в глубину. Диагноз: в России в кризисные времена обычно не находилось институциональных форм, подходящих для решения стоявших перед государством проблем, а те формы, которые существовали, как раз защищали старину. И далее: «Это уже связано с логикой развития России. У нас все процессы протекают медленно, экстенсивно. У нас нет организованных социальных сил и нет институтов. Поэтому все изменения, реально, у нас происходят рывком. И поэтому у нас очень странная а при воплощении часто страшная форма развития, преемственность через разрыв… Ведь что такое «чрезвычайка»? Это реакция на то, что нет институтов. Опричный принцип противостоит институциональному».

Историк обнаруживает закономерность, характерную для развития России, а отсюда вытекает ясный прогноз, проекция того, что по таким-то причинам случалось в прошлом, на настоящий момент и на ближайшее будущее: «Сегодня нет социальных сил, которые могут вырвать страну целиком из тупика, в который она стала загоняться в позднюю брежневщину и в горбачевщину. Нет субъекта, который мог бы рвануть. И, как правило, в таких ситуациях субъектом может оказаться опричнина». При этом, конечно, возможны разные варианты: «Непонятно, какая это будет опричнина. Будет ли это опричнина «грозненского» типа «питерской» версии? Я думаю, что сегодня схватка будет не между опричным и институциональным принципами, а между опричниной «грозненского» типа и опричниной «питерского» типа».

Как видим, исследователь делает оговорку: конкретные формы, которые примет грядущая опричнина, ему неизвестны (поскольку они не вытекают прямо из теории, лежащей в основе его прогноза): «Я думаю, что метод экстраполяции хорош тогда, когда работают стабильные факторы. Мы сейчас находимся в ситуации, когда метод экстраполяции не срабатывает. Мы находимся в кризисной ситуации, в точке бифуркации. И нынешняя опричнина, если она будет, безусловно, будет нести на себе отпечаток мирового кризиса. Этот кризис связан с кризисом капиталистической системы. И одной из задач этой опричнины будет выход из кризиса. Т.е. нынешняя опричнина будет в значительной степени тяжелей, чем сталинская, петровская и грозненская».

Но при всей неопределенности современной ситуации из фурсовской теории периодически возвращающейся опричнины (он сам это так не называет) следует вполне определенный вывод: «Есть один принцип формирования опричнины: в опричнину идут люди, готовые разорвать связи со своими социальными группами и наименее укорененные в них. Я думаю, формирование новой опричнины пойдет по тому же принципу. И, безусловно, это очень печальная констатация: среди этих людей будет много «биологических подонков человечества». И как это часто бывает, эти «подонки» истребляют и тех, кто задумал опричнину в благих целях. Правда, «подонков» потом, через какое-то время тоже уничтожают. Все устаканивается. Страна делает рывок».

Архе потока:Collapse )

Profile

jorkoffski
Вaлентин Юрковский
Website

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel