March 16th, 2017

Дегенеративные сценарии (2)

... -Путин виноват? ...
- Менее многих из нас. В активной поддержке этого пути - да. Но он заложник безобразия. Таким он востребован. Дальше система сама. Он так и не смог стать Пиношем. Воспитание (родная подворотня), образование (дай списать), личные качества (дайте крысе задний проход)...

Не будем об этом. Каждый - заложник своей истории. И что тогда? Тогда виноваты мы с тобой. Нет спроса с крысы. Ей достаточно иметь данную ему систему и свой вышеуказанный проход. Менять ситуацию должен тот кто понимает не как оно работает, а как должно - с отдачей каждому для стимула и внутреннего оправдания. Опустим ситуацию с личной безопасностью. У нас тоже нет выбора. Залитая характером наша личная история не велит. Хотя и бежать геройствовать прямо сейчас, до обеда нет необходимисти. Сейчас время собирать кирпичи в голове. Швыряться ими надо уже с ясным понятием. Все кто не раб его непосредственных служебных обстоятельств может брать ответственность за происходящее с собой по причине системы отношений. Собственно - за её вид.

А вопрос вин и прегрешений - коллективный. И "виноваты" не люди, а их ошибки, то есть в основе - их оценки. Не нужен героизм отдельного судьи, министра, врача или репортёра. Нужно только сознавать свою ответственность за то что происходит с другими людьми понимать связь всего происходящего с ними с тем что произойдёт с тобой, твоими близкими. И обьединять людей по ситуации, если не умеешь это планомерно, против системы, а не личности. Тогда можно управлять обстоятельством, а не случайностью. Исправлять условия ошибочного поведения людей. В частности - накосяченное с перепугу в последнюю декаду прошлого века.

Закон Матфея, или Если б я был султан...

Оригинал взят у anairos в Закон Матфея, или Если б я был султан...

Имеющему дано будет и преумножится,
а у неимеющего отнимется и то, что он имеет.

Евангелие от Матфея




Зачем нам нужны законы?

Наше общество невероятно сложно, так что по большей части законы регулируют разнообразные мелочи и детали работы самого же государства. Но если посмотреть в суть, то станет ясно, что все наши законы исполняют одну и ту же простую задачу.

Они защищают слабых от сильных. Ограничивают то, что люди могут друг с другом сделать. Формально они касаются всех, но на деле законы, как низкий потолок: невысокие люди бегают под ним, не замечая, что он их как-то ограничивает, а вот высоким приходится пригибаться.

Вы можете вспомнить случаи, когда господствующие классы устанавливали законы в своих целях, давая себе все мыслимые преимущества. Это, конечно, несправедливо, но и это не противоречит основной задаче. Закон по-прежнему защищает слабого (элиту, паразитирующую на народе) от сильного (согласия большинства, желающего других порядков).

Согласие большинства – единственный «сильный», который действительно имеет право делать, что захочет, с каждым отдельным человеком. Уже хотя бы потому, что этот отдельный человек является полноценной частью «сильного», а значит, воля народа – и его собственная воля тоже.

Поэтому первый признак несправедливого закона – в нем всегда предусмотрены меры, чтобы не дать большинству прийти к согласию и совместными действиями воплотить это согласие в жизнь.

Но речь сейчас пойдет не об этом, а о вопросах куда более приземленных, но в то же время весьма и весьма интересных.

Если законы направлены на то, чтобы выравнивать баланс между слабыми и сильными, то из этого факта есть одно простое следствие, которое почему-то обычно ускользает от людей, даже умных и образованных. Любая отмена или ослабление законов приводит к перекосу баланса в сторону сильных.

Это и есть закон Матфея, получивший название в честь евангелия, в котором можно прочитать его самую известную формулировку. Там, где нет искусственных ограничений, сильные становятся сильнее, а слабые – слабее. Исключений у этого закона нет.

И тем не менее в течение всей человеческой истории находились люди, которые требовали отмены несправедливых законов, не потрудившись вначале как следует разобрать и осознать, кого и от кого они защищают – и кто, соответственно, выиграет от их падения.

Collapse )

Очень тонкий комплимент с собакой в основании.

Оригинал взят у pesen_net в Очень тонкий комплимент с собакой в основании.
Дети мечтают о собаке. Желательно о крупной овчарке. Чтобы сразу дружок, оружие, кровать и транспорт. Некоторые родители покупают собаку, другие суть монстры без души и сердца. Мне безразличен мой моральный облик. Знавал я одного щеночка. Он только родился, сразу скушал всю обувь и закусил шкафом. Моё жизненное кредо теперь — лучше злой, зато обутый и меблированный.

Я женился на девушке с овчаркой. Это так по-чеховски. Собака меня приняла в дружочки, оружие, кровать и транспорт. Она согласна быть моей столько раз, сколько сосисок осталось в пачке. Мне неприятны её жадность и легкомыслие. Сам я готов полюбить человека не меньше чем за шницель.

На прогулках мы развили много ненужных навыков. Например, внутренним GPS-ом я чую распределение кошек по району. Если ошибусь, мне вырвут руку из плеча. И будут таскать по говнам до полного удовлетворения.

Овчарка страшный оптимист. Она считает, полупустой стакан можно наполнить из крана. Она научила меня какать на тротуар, не прячась. Она всегда рядом. Она верит в случайность обеда. Внешне неотличимо от любви и преданности. Мы всё делаем вдвоём. Например, сейчас мы пишем этот рассказ.
Она приносит мячик, потом уносит мячик. Она не разговаривает со мной лишь потому что слушает. Однажды, пьяные гости накормили её шашлыком. После праздника она стреляла угощением на восемь метров, да с чёрным дымом. Но слова дурного не сказала об отравителях. Никого не выдала. Сам я больше не могу есть, когда никто не смотрит в рот. И не вхожу в дом, пока мне не поскачут по ногам, и не поцелуют с языком. Она единственная виляет хвостом на Набокова. Из домашних никто так не разбирается в литературе.

А недавно, воспользовавшись незапертой дверью, собака сбежала. Я пошёл как бы ловить. Мы обежали наш район, посетили соседний, потом лес и свалку. Обоссаные кусты, этот собачий фейсбук, не давали ей уйти в отрыв. Традиционные ценности - мячик, сосиска, Набоков — всё было отброшено. Свобода и демократия вскружили ей голову. На одной полянке я сделал вид, что всё, надоело. Я нашёл нового друга, Палочку. Я подбрасывал палочку и тут же ловил. Мне было очень весело. Бросал метров на пять, хватал и снова бросал. Сам Станиславский не выдержал бы и присоединился к моей игре. И санитары, если бы доехали, тоже бы присоединились. Вот и собака купилась. Тут я её поймал, взнуздал и верхом поскакал домой.

С тех пор мы гуляем на коротком поводке. Нас таких много ходит. Большей частью породистые мужчины со шпицами. И я, с овчаркой. Только очень красивая женщина способна завести мужа, потом собаку, потом отправить всё это гулять. Вечерами, пролетая в вертолёте, можно видеть как много в нашем районе красивых женщин.


Фоточка иллюстрирует общую тягу кобелей к прекрасному.