Вaлентин Юрковский (jorkoffski) wrote,
Вaлентин Юрковский
jorkoffski

Сейчас что ни пиши все про выборы получится.

Оригинал взят у domkratovв Сейчас что ни пиши все про выборы получится.
В предыдущем псте я нехорошо упомянул Каца, естественно ко мне в каменты пришли кацепоклонники и вежливо но твердо попросили обосновать свою позицию по вопросам бестрамвайного градостроительства и мягко упрекнули в антикацизме..
А вчера я по радио Митрохина послушал. Он наверно лучше прочих кандидатов разбирается в городском хозяйстве, но всю свою программу сводит к общественному обсуждению градостроительных планов и всяческому обременению работодателей.
А сегодня в новостях мелькнуло что областной единорос (пофиг как его фамилия) тоже начал проповедовать борьбу с работодателями в рамках борьбы с мигрантами.

Это у нас завсегда так. Когда даги учиняют очередной беспредел, тут же принимают или ужесточают законы против таджиков, потом в рамках этих законов ловят вьетнамцев, а потом вознаграждение за все эти труды пытаются искать у работодателей.

Все советские люди и просто юные совкодрочеры твёрдо знают, что работодатель – это пузатый буржуин в смокинге и цилиндре, с толстой сигарой, он сидит на большой бронированной тумбочке с деньгами и угнетает трудящихся. Так что слушайте Митрохина – как только победим проклятых работодателей, так сразу все таджики превратятся в эльфов, а лопаты в айпады.

Самое грустное в предвыборных программах – это то, что данный жанр требует именно такой вот трескучей хренотени – больше трамваев, меньше таджиков, всенародное одобрение любой стройки, долой плитку, даёшь газоны и пр. Ни о чем другом электорат слушать не станет. А после выборов тем более никакие программы уже нафиг никому не нужны.

А я помечтать хочу.
Вот если бы мэром вдруг каким то чудом стал бы москвич, то он бы странную мысль подумал.

Что такое Москва на сегодняшний день? Нафига она вообще существует? Какова ее экономическая и социальная стратификация?

А стратификация у нее такая:
Есть миллион разнообразных ментообразных, которые занимаются рейдерством, крышеванием и иными формами отъема движимого и недвижимого имущества у граждан и государственных структур. Под ментообразными я подразумеваю не только силовиков, но всех, кто имеет достаточно административного ресурса чтобы запретить что-нибудь естественное и кормиться с этого запрета. С этой точки зрения в иерархии ментообразных Онищенко – генерал-аншеф, а Гундяев всего лишь полковник.

Ниже в этой стратификации находятся 8 миллионов укоренившихся внутримкадышей, которые занимаются юридическим, бухгалтерским, информационным, инжиниринговым, торгово-логистическим и культурным обслуживанием ментообразных. Тебя, уважаемый Юзернейм, это конечно не касается, ты читаешь это псто сжимая правой мозолистой рукой лопату, а левой мозолистой рукой рейсмус, шерхебель, долото и рычаги. Я про остальных.

И в самом низу находятся 10 или больше миллионов таджиков, которые занимаются коммунальным хозяйством, строительством и прочими грязными работами по обслуживанию вышеперечисленных граждан.

Производства в городе нет. Его еще до Лужкова мечтали вывести за пределы города, при Лужкове просто искоренили, при Собянине распространили эту деятельность за пределы города и вовсю искореняют уже в замкадье.
Возьмите хотя бы тот же вьетнамский скандал. Вся пресса на ушах: обнаружили подпольное швейное производство! В Москве! Производство! Караул! Летят погоны, летят клочья от порванных мелких начальников, всех повинных в производстве сгоняют в лагеря.

Ибо нефиг.
Прошли лихие 90-е и настала эпоха крупного бизнеса. Настоящий крупный бизнес ни в каком дурацком производстве не нуждается.

Для примера возьмем единственный известный мне продукт, производимый в РФ из отечественных комплектующих.
Итак, шаурма.

Мелкий бизнес – это собственно изготовление и продажа шаурмы. Дело очень хлопотное, ведь мало кошку поймать и ободрать, надо еще при помощи лука и капусты довести ее до объема коровы, потратиться на лаваш и кетчуп, дать денег менту и в управу, договориться с нацистами, казаками, десантниками и санэпидтеррором – не каждый на такое способен.

Средний бизнес – это уже некое объединение нескольких шаурменов. У среднего бизнеса есть юристы и бухгалтерии, средний бизнес в дёсны целуется с префектурой и средней руки мусарней, но он живет только до тех пор, пока сдуру не начнет торговать франшизами или покажет прибыль на отчёте. Занятие опасное и бесперспективное.

Вот крупный бизнес- дело другое. Крупный бизнес сразу открывает «Шаурма-банк» и проталкивает закон, обязывающий всех шаурменов вести расчеты только через этот банк. Крупный бизнес в дёсны целуется с прокуратурой и налоговым начальством, крупный бизнес инициирует федеральную программу «Шаурма России нанотех» и закладывает сразу в нескольких мегаполисах строительство социальных «Шаурма лакшери стартап инкубаторов». Открываются кредитные линии и международные таможенные терминалы. Депутаты от крупного бизнеса вносят проект «Кодекса шаурмена»… Вот что такое крупный бизнес! Но сами понимаете, крупному бизнесу шаурмены и шаурма только мешают.

Так вот, возвращаясь к Москве и кандидатским программам.
Здесь я наблюдаю просто трогательное единодушие: все без исключения мечтают превратить город в евроофис, старательно очищенный от производительных сил, производственных отношений и прочих свинцовых мерзостей исторического материализма. Ибо крупный бизнес. Мы выше шаурмы, она нас недостойна.

Г-н Хуснулин, который в команде Собянина занимает должность главного татарина, во всех своих интервью рассказывает, что в новых замкадских районах они сразу предусматривают рабочие места: строят офисы. Рабочее место – это офис. Однозначно. Для тупых, которые пытаются работать не в офисе, строят лагеря.
Лунтик в Сколково инновации внедрял и создал бизнес-среду – хренову тучу офисных площадей.

Урбанисты спорят о том что лучше сделать на месте АЗЛК и ЗИЛа – парки или спортивные сооружения. Суровые прагматики и опытные хозяйственники, отвечающие за бюджет города, настаивают на офисах и жилье.

А ведь в городе есть «Департамент науки, промышленной политики и предпринимательства». Занимается этот славный департамент ясное дело стартапами и прочими приятными вещами, никак не связанными со всякой промышленной грязью и гадкими неэкологичными производствами.

Казалось бы причем тут Кац и трамвай? Абсолютно ни при чем. Просто ему нравятся трамваи, а мне нравится когда в городе что-то производят.
Но город, в котором что-то производят –он совсем другой, с другой структурой управления, с другой инженерной структурой, с другой экономикой, с другим генпланом.

Нет, трамвай пустить определенно проще. И работодателей к ногтю, да.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments